9870 St Vincent Place, Glasgow, DC 45 Fr 45.

+1 800 559 6580

Морская [стеллерова] корова, капустница (капустник)

Фото

Отряд: Sirenia Illiger, 1811 = Сирены

Семейство: Морские коровы

Род: Hydrodamalis † Retzius, 1794 = Морские коровы

Вид: Hydrodamalis gigas † Zimmermann, 1780 = Морская [стеллерова] корова, капустница (капустник)

Вид: Hydrodamalis stelleri † = Морская корова

Вид: Hydrodamalis gigas † = Морская [стеллерова] корова

О тайнах былого распространенияФото

cтеллеровой коровы

В.Н. Калякин

Владимир Николаевич Калякин, к.б.н., научный сотрудник каф. биогеографии географ. фак-та МГУ.

Отряд сирен (Sirenia), или морских коров, включает всего лишь четыре ныне живущих вида, а пятый - стеллерова корова, открытая и описанная Г.Стеллером в 1741 г., уже через 27 лет после этого была полностью истреблена. В отряде выделяют пять семейств, из которых до современности дошли только два: ламантиновые (с одним родом, включающим три вида) и дюгоневые (один род и вид). К последним относят и уничтоженную стеллерову корову. Наиболее древние из известных палеонтологических находок сирен, возраст которых более 40 млн лет, были уже вполне водными животными. Предполагается, что по целому ряду морфологических признаков сиреновые имели общих предков с хоботными, даманами (жиряками) и копытными. Фото

Стеллерова корова впервые обнаружена возле о.Беринга. Сам Стеллер полагал, что имеет дело с обыкновенным ламантином и называл открытое им животное манатом. В качестве нового вида - Hydrodamalis gigas - ее описал К.Циммерман в 1780 г. Стеллерова корова - самая крупная из сиреновых: ее длина достигала почти 10 м, а масса - 4 т. Помимо прибрежий о.Беринга, она обитала и у соседнего о.Медный.

Сирены - единственные из морских зверей настоящие травоядные животные. Пасутся они на мелководьях прибрежной зоны и питаются крупными морскими водорослями и зостерой либо разными водными и околоводными (нависающими низко над водой) растениями. Поэтому сирен в течение многих столетий называли морскими коровами (и телятами), а стеллерову корову, которая поедала морскую капусту (ламинарию), - еще и капустницей.

Характернейшая черта скелета сиреновых, помимо отсутствия, как и у китообразных, задней пары конечностей, - исключительно плотные кости: их удельный вес больше, чем у каких-либо других водных млекопитающих. Именно эта особенность обеспечи вает сиреновым низкую плавучесть (какой нет ни у одного другого водного зверя), а значит, и возможность долго пребывать на подводных пастбищах (где сильны к тому же удары волн) с минимальными энергетическими затратами на погружение.

Сиреновые произошли, как упоминалось, от общего с другими копытными ствола, вероятно, еще в палеоцене, так как их остатки (правда, скудные) найдены в нижнеэоценовых отложениях. Среднеэоценовые сиреновые Protosyren abel и Eotheroides palmer, пишут Б.А.Трофимов и В.И.Громова, известны из Египта и Франции; в верхнем эоцене эти животные распространяются до Вест-Индии, а в миоцене - до западных берегов Северной Америки [1]. Миоцен и плиоцен - время их наибольшего расцвета и разнообразия, особенно в прибрежных реках Европы. ФотоВ раннем миоцене, как сообщает В.Б.Суханов, представители семейства проникают в северную часть Тихого океана и широко распространяются вдоль его побережий, освоив новую экологическую нишу - прибрежные заросли бурых морских водорослей, в основном ламинариевых [2]. Ископаемые остатки морских коров известны из Калифорнии (близкий стеллеровой корове вид или даже подвид, описанный как Hydrodamalis cuestae, обитал всего лишь 20 тыс. лет назад), найдены также в Японии (плиоцен) и на Сахалине (плиоцен и голоцен).

Из всех видов сиреновых ареал стеллеровой коровы был наименьшим, буквально крошечным. Вызывает недоумение, почему она обитала только у Командорских о-вов? Каким образом сугубо прибрежно-морской зверь, не способный преодолевать сколько-нибудь значительные открытые водные пространства, смог заселить прибрежья удаленного архипелага, находящегося к тому же в столь высоких широтах - почти на границе сезонно возникающего ледового покрова? А ведь все остальные виды сиреновых, по крайней мере в настоящее время, в основном обитают в тропической зоне.

Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо совершить экскурс в не столь уж отдаленное прошлое и представить себе палеогеографическую обстановку времени, которое непосредственно предшествовало голоцену, т.е. новейшему периоду в истории Земли.

Около 20 тыс. лет назад уровень Мирового океана был значительно ниже современного - по наиболее принятой оценке, примерно на 130 м. Тогда между Евразией и Северной Америкой в очередной раз возникла обширнейшая по площади Берингия. Ее северное побережье выдавалось на сотни километров в глубь океана за счет осушения значительной части прилежащего шельфа, а нынешние Северная Земля, Новосибирский архипелаг, о.Врангеля и более мелкие острова восточной части евразийской Арктики были наиболее возвышенными участками материка. Берингийская суша перекрыла пролив, соединявший Тихий океан с Северным Ледовитым, в результате чего полностью прекратился водный и тепловой обмен между ними, а между Северной Атлантикой и Ледовитым океаном стал существенно слабее. С одной стороны, это способствовало выхолаживанию последнего, а с другой - вело к потеплению северных вод Тихого океана и прилежащей к ним суши. Поэтому климат на северо-востоке Азии, особенно в летний период, стал менее суровым. В таких условиях некоторые виды крупных млекопитающих, характерные для мамонтовой фауны - шерстистый носорог, лошадь, бизон, овцебык, сайгак, сам мамонт, пещерный лев и др., - распространились до арктических островов и Аляски. Ареал благородного оленя в то время простирался до Новосибирских о-вов и Колымской низменности, т.е. располагался почти на 1.5 тыс. км северо-восточнее границы современного его распространения в Сибири (верховья Алдана). Восточной Чукотки достигали многие исходно лесные виды растений, а орешник произрастал в верховьях Индигирки [3-5].

Именно в период такого потепления северной части Тихого океана и могла максимально расселиться на север стеллерова корова. Новые акватории она осваивала, вероятно, очень постепенно, а ареал вряд ли ограничивался лишь прибрежной зоной Командорских о-вов.

Необходимо учесть, что потенциально пригодная для заселения стеллеровой коровой зона в северной части Тихого океана весьма давно начала осваиваться человеком. Известно, например, что возраст самых ранних алеутских стоянок - 8700 лет, а конструкция алеутской лодки и особенности орнамента свидетельствуют о генетических связях алеутов с еще более древними амурскими племенами [6]. Для охотников стеллерова корова была легкой и желанной добычей. Ее просто истребили на большей части исходного ареала, который, вероятно, простирался от о-вов Рю-Кю до Калифорнии. К XVIII в. он представлял лишь остатки былого ареала. Возле Командорских о-вов стеллерова корова сохранилась лишь потому, что они были безлюдными в то время: камчадалам не были известны, а алеуты посещали острова случайно.

И все же нельзя исключить, что в XVIII в. этот вид существовал не только там. Правда, В.Г.Гептнер с соавторами, тщательно изучившие большое количество источников, считали, что в историческое время не было никаких надежных свидетельств обитания стеллеровой коровы где-либо за пределами Командорских о-вов, в том числе и на Алеутских [7]. Известно, однако, что немало бумаг Стеллера было затеряно еще в XVIII в., а к нашему времени и из оставшихся сохранились немногие. Но историк Г.Ф.Миллер, участник 2-й Камчатской экспедиции 1733-1741 гг., мог использовать и неизвестные нам теперь сведения. В одной из его работ, переизданной через 238 лет, в 1996 г. (кстати, ссылки на Миллера у Гептнера с соавторами отсутствуют), есть следующая фраза: «Должно думать, что они (т.е. алеуты. - В.К.) питаются по большей части морскими зверями, коих добывают в тамошнем море, а именно: китов, манатов, сивучей, морских котов, бобров (т.е. каланов, или морских выдр. - В.К.) и тюленей… О других обстоятельствах их более ничего не примечено, по крайней мере в тех известиях, которые служат основанием сему описанию, ничего не записано» [8]. Ясно, что Миллер использовал какие-то письменные источники, скорее всего - дневники или отчеты участников экспедиции. Важно здесь упоминание о добыче алеутами манатов, как называл стеллеровых коров сам открыватель вида.

О широком ареале этого морского млекопитающего сообщал в своей книге Г.Гётчинсон: «В 1885 г. дирекция Британского музея приобрела почти полный скелет этого животного (стеллеровой коровы. - В.К.), теперь вымершего, найденный в плейстоценовых торфяных отложениях на о-ве Беринга. Ранее оно встречалось в изобилии вдоль берегов Камчатки, Курильских островов и Аляски» [9]. На какие сведения ориентировался автор, не известно. Эту работу Гептнер с соавторами также не цитируют, а о находке ребра на Атту (самом западном острове Алеутской гряды) пишут: «…если оно действительно принадлежит описываемому виду, как правильно считал еще Брандт (1846), то происходит от трупа, принесенного волнами. <…> Оно могло быть завезено и промышленниками, заготовлявшими мясо на Командорских островах» [7]. Но завозом никак нельзя объяснить недавнюю находку ребра морской коровы на эскимосском поселении XVI в. Кангигуксук [10], которое находится на крайнем юго-западе материковой части штата Аляска. Это поселение существовало примерно за 200 лет до открытия русскими Командорских о-вов. Трудно представить, что данное ребро «происходит от трупа, принесенного волнами»: если вслед за Гептнером считать, что только возле Командор обитала в историческое время стеллерова корова, труп должен был проплыть до поселения Кангигуксук напрямик около 2150 км!

Теперь известны находки костей стеллеровой коровы, датируемых доисторическим временем: на о.Адах (группа Андреяновских о-вов) обнаружен обработанный костный фрагмент возрастом около 3700 лет, а на о.Булдырь (Крысьи о-ва) - фрагмент ребра примерно того же возраста [11].

Примечательно, что и Командоры - место обитания стеллеровой коровы в XVIII в. - и районы костных находок (Алеутские о-ва, Аляска) расположены несколько южнее границы распространения сезонных льдов. Так что севернее этот вид просто и не мог существовать. Еще Стеллер отмечал, что зимой, когда появляются плавучие льды, животные задыхаются под ними, и трупы выкидывает на берег, а при штормах не успевших отойти на безопасное расстояние животных разбивает о скалы.

К настоящему времени археологами обследованы многочисленные эскимосские стоянки, расположенные севернее перечисленных мест обитания и находок остатков стеллеровой коровы. Но ни на одной стоянке ее кости не обнаружены: сюда трупы не приплывали. В то же время известно, что жители Камчатки еще до открытия Командор и стеллеровой коровы были знакомы с ней, так как изредка трупы этих животных прибивало к камчатским берегам. А они отстоят от о.Беринга всего на несколько сотен, а не тысяч километров.

Скорее всего исходный ареал этого вида сирен был значительно обширнее той «пунктирной линии», которая лишь совсем недавно наметилась и к востоку от Командор - до п-ова Аляска. Фактически - это северная граница потенциально возможного ареала стеллеровой коровы, определяемого ее биологическими и экологическими особенностями. В районах же более благоприятных для обитания (на юг, возможно, до Японии и Калифорнии) она была скорее всего давно - тысячелетия тому назад - поголовно истреблена. Столь крупные и тяжелые животные безусловно разделывались первобытными охотниками в узкой прибрежной полосе, где костные остатки довольно быстро обкатывались волнами, и кости становились неотличимыми от морской гальки. И все-таки остаются шансы, хоть и незначительные, выяснить былое распространение стеллеровой коровы при палеонтологических и особенно археологических исследованиях.

Но даже если популяция стеллеровой коровы возле Командорских о-вов в XVIII в. действительно оставалась последней, ее существование в столь северном регионе представляет исключительный интерес еще в одном отношении. Есть некоторые основания предполагать, что и в Северную Атлантику мог проникать какой-то вид морских коров.

Ареал морских коров, или сирен, восстановленный В.Г.Гептнером с соавторами. Знаками вопроса обозначены места возможного обитания сирен в прошлом, а также участки ареала, по которым имеются сведения сомнительного характера. В восточной части Средиземного моря отмечено место захода дюгоня.

Вернемся опять во времена последнего понижения уровня Мирового океана, но уже к берегам Европы. Как упоминалось, водный и тепловой обмен между Атлантикой и Северным Ледовитым океаном резко снизился. С одной стороны, это вело к существенному охлаждению вод Северного моря и Арктики с прилежащими к ней побережьями. Но с другой - к потеплению Северной Атлантики южнее Исландско-Фарерского барьера и порога Томсона, поскольку не только современные Англия и Ирландия, но и значительная часть окружающего их морского шельфа стали продолжением европейского континента на северо-запад.

Более резкий, по сравнению с современным, климатический градиент оказался благоприятным для расширения скандинавских горных ледников и формирования на значительных пространствах Европы смешанной фауны. В ее составе одновременно присутствовали виды, в настоящее время нигде совместно не обитающие: северный олень, овцебык, лемминг (а из вымерших - мамонт, шерстистый носорог, гигантский олень и др.) вместе с лошадью, бизоном и др. Из отложений нижнего вюрма близ Лондона обнаружены, например, не только остатки пещерной гиены, гиппопотама, гигантского и благородного оленей, первобытного тура, лесного слона, но и… белого медведя, что «может объясняться лишь близостью морского побережья и указывает на широкое прежнее распространение вида по передовым островам Северной Атлантики [12].

Казалось бы, и для морских коров здесь создавались условия, аналогичные тем, что складывались на севере Тихого океана. К тому же и видовое разнообразие сиреновых в Северной Атлантике было больше, чем по прибрежьям Тихого и Индийского океанов: даже сегодня три из четырех еще существующих видов распространены в Атлантике. Лишь дюгонь, населяющий некоторые прибрежья Индийского океана и западной части Тихого, в периоды повышения уровня Мирового океана мог проникать в Средиземноморье. В третичное же время отряд сиреновых был богаче всего представлен видами в Европе [1].

В связи с этим невольно вспоминаются и мифологические, как мы привыкли думать, сирены античных времен (включая и греческий вариант легенды о происхождении скифов). Именно сирены дали название отряду водных млекопитающих - Sirenia (надо сказать, что единственная пара молочных желез сирен расположена так же, как у человека). Но только ли к области мифологии относятся многочисленные упоминания античного времени о сиренах Средиземного и Черного морей? Еще Плиний Старший, описывая Понт Эвксинский (т.е. Черное море), сообщал, что туда не входит ни одно вредное для рыб животное, кроме морских телят и небольших дельфинов.

Есть и более поздние упоминания такого рода [13]. На карте О.Магнуса середины XVI в. в море около побережья Западной Скандинавии изображена голова плывущей обычной коровы, но с пояснением - Vacca marina (т.е. корова морская; сам же автор карты ее безусловно не видел).

Учитывая все сказанное, можно предположить, что какой-то вид морских коров (дюгонь, обыкновенный или африканский ламантин, а может быть, пока еще и не известный вид сирен) обитал у побережий Европы не только в античное время, но даже в XVI-XVII вв. Кстати, климат здесь гораздо мягче, чем у Командорских о-вов: сезонных льдов, под которыми задыхаются морские коровы, у побережий Норвегии, а тем более в Средиземноморье не бывает.

Один ли только познавательный интерес представляет былой ареал стеллеровой коровы по южной окраине Берингова моря? Думается, не только.

Эти уникальные морские млекопитающие были важным звеном трофической цепи прибрежно-морских экосистем: потребляя разные морские водоросли и переваривая их, способствовали активной циркуляции биогенов. В тех местах, где морские коровы выедали водоросли, увеличивалась численность морских ежей, составляющих основу питания каланов. Не исключено, что облегчалась и подводная охота на рыбу стеллерова, или очкового, баклана. Кстати, численность этой исходно массовой нелетающей птицы резко снизилась вскоре после ее открытия, а позже 1852 г. она вообще перестала существовать. В XVIII в. очковый баклан встречался, как и стеллерова корова, только на Командорах, хотя вполне подходящие для гнездования места по северным побережьям Тихого океана были в изобилии. Вряд ли случайны узость и реликтовость ареалов стеллеровой коровы и очкового баклана. О том, что в то время его ареал представлял лишь остатки прежнего, свидетельствуют недавние археологические находки. На о.Амчитка (самом восточном из Крысьих о-вов), на месте древнего алеутского поселения обнаружены костные остатки стеллерова баклана, датируемые (по 14C) периодом 2245-2055 лет назад [11]. Таким образом, не исключено, что и очковый баклан, и стеллерова корова обитали далеко за пределами Командорских о-вов.

Когда морские коровы исчезли, крупные водоросли (макрофиты) образовали в прибрежной полосе сплошные заросли. Известно, что это часто вызывает застой прибрежных вод, их бурное «цветение» и так называемые красные приливы - следствие интенсивного размножения одноклеточных водорослей динофлагеллят. Токсины (один из них - нейротоксин, почти в 50 раз сильнее яда кураре), вырабатываемые некоторыми видами динофлагеллят, могут накапливаться в организме моллюсков и других беспозвоночных животных, по трофической цепи дойти до рыб, каланов, морских птиц и человека и привести к их гибели.

Жизнедеятельность морских коров была очень важна и для самих бурых водорослей, так как создавала более разнообразные условия для их существования. При отсутствии столь мощного потребителя между разными видами макрофитов возникает острая конкуренция, в которой у берегов Аляски и Алеутских о-вов, например, победу одерживает ламинария. Если же ее искусственно срезать, быстро разрастается гигантская алария (в прибрежных водах макрофиты образуют настоящие подводные леса высотой до 25-30 м ото дна; скорость роста таких водорослей почти в 100 раз больше, чем наземных деревьев).

Все ныне живущие виды сирен включены в «Красную книгу МСОП» и многие национальные Красные книги, чтобы сохранить генофонд этих замечательных животных и постараться обеспечить их дальнейшее воспроизводство. Одновременно это будет способствовать поддержанию нормальной структуры прибрежных и речных экосистем, в состав которых входят сирены.

Можно сделать, однако, и больше, скажем, акклиматизировать дюгоня в наших дальневосточных водах - в прибрежной зоне о.Кунашир, на котором имеется заповедник. Такой проект был предложен В.А.Бычковым в 1991 г. [14]. Представляется, что дюгоня можно поселить и у европейских побережий, на первом этапе - в Средиземноморье. Трудно сказать, осуществятся ли эти планы. Но по крайней мере есть надежда, что ныне живущие и охраняемые сирены не исчезнут безвозвратно.

РАЗДЕЛЫ
САЙТА

Индекс цитирования