Он прекрасно плавает, причем над поверхностью воды остается только лоб и кончик хобота, без видимых усилий преодолевает крутой подъем, свободно чувствует себя среди скал. Поразительное зрелище — стадо слонов в лесу. Совершенно бесшумно животные буквально прорезают густые заросли. Так и кажется, что они нематериальны: ни треска, ни шороха, ни движения ветвей и листвы. Ровным, внешне неторопливым шагом слон покрывает в поисках пищи или уходя от опасности огромные расстояния, проходя за ночь десятки километров. Недаром считается бесполезным преследовать потревоженное стадо слонов.

Как правило, в стаде есть вожак, чаще всего старая слониха. Однако иногда вожаком бывают самцы, особенно во время миграций. Стадо слонов—очень дружная община. Животные хорошо узнают друг друга, сообща защищают детенышей; известны случаи, когда слоны оказывали помощь раненым собратьям, уводя их из опасного места. Драки между слонами редкость, и только животные, страдающие от какой-нибудь боли, например со сломанным бивнем, становятся неуживчивыми и раздражительными. Обычно такие слоны удаляются от стада, однако неизвестно, сами ли они предпочитают одиночество или их изгоняют здоровые сотоварищи. Слон со сломанным бивнем опасен и для людей. Недаром первая заповедь, которую необходимо знать посетителям национальных парков, гласит: «Не покидать машину! Не пересекать дорогу стаду слонов! Не подъезжать к слонам-одиночкам, особенно со сломанным бивнем!» И это неспроста: слон — единственное животное, которое легко может перейти в атаку и перевернуть машину. В свое время охотники за слоновой костью нередко гибли под ногами раненых гигантов.

Атакующий слон прижимает уши, прячет хобот за бивни, которые животное резким движением выносит вперед. Голос слона — пронзительный, визгливый звук, одновременно напоминающий хриплый горн и скрежет тормозов автомобиля. Размножение у слонов не связано с определенным сезоном. Обычно перед спариванием самец и самка на некоторое время удаляются из стада; спариванию предшествует сложный ритуал, когда животные ласкают друг друга хоботом. Беременность длится 22 месяца. Новорожденный слоненок имеет массу около 100 кг при росте около 1 м, хобот у него короткий, бивней нет. До пятилетнего возраста он нуждается в постоянном присмотре слонихи и жить самостоятельно не может. Половая зрелость наступает у слона к 12—20 годам, а старость и смерть — к 60—70 годам. Обычно самки приносят детенышей один раз в 4 года.

Пока в Африку не пришли европейцы с огнестрельным оружием, слонов добывали сравнительно мало — охота была очень трудна и опасна. Но поток любителей легкой наживы, устремившихся в Африку в конце прошлого века, резко изменил положение. Слонов убивали из штуцера-экспресса, выламывали бивни и бросали в добычу гиенам и грифам огромные трупы. И десятки, сотни тысяч этих трупов гнили среди лесов и в саваннах Африки. Зато велики были прибыли предприимчивых авантюристов. У африканского слона бивнями вооружены и самцы и самки. Но у самок бивни невелики. Зато бивни старых самцов достигали иногда длины 3—3,5 м при массе около 100кг каждый (рекордная пара бивней имела длину 4,1 м и массу 225 кг). Правда, в среднем каждый бивень давал всего около 6—7 кг слоновой кости, поскольку охотники убивали всех слонов подряд — самцов и самок, молодых и старых. Тем не менее через порты Европы прошло огромное количество этого трагического товара. К 1880 г., когда торговля слоновой костью достигла своего апогея, ежегодно убивалось от 60 000 до 70 000 слонов. Но уже в 1913 г. были привезены бивни 10 000 слонов, в 1920 — 1928 гг. — по 6000 ежегодно. Слоны становились редкостью. Раньше всего они были перебиты в саваннах; лучше всего сохранились в недоступных болотах по долинам Верхнего Нила и Конго, куда человеку дорога была закрыта природой.

Численность стала расти, и сейчас слонов в Африке насчитывают около 250 000 (по-видимому, даже больше, чем было 100 лет назад). Параллельно росту поголовья увеличивалась концентрация животных на ограниченных участках территории. Например, в Национальном парке Крюгера в 1898 г. было всего 10 слонов, в 1931 г.— 135, в 1958 г.- 995, в 1964 г.-2374, в настоящее время там проживает несколько десятков тысяч слонов! Казалось бы, все хорошо. Но в действительности такое перенаселение несло в себе новую серьезную угрозу слонам, и «проблема слона» в национальных парках стала проблемой номер один. Дело в том, что взрослый слон съедает до 100 кг травы, свежих побегов кустарника или ветвей деревьев в день. Подсчитано, что для пропитания одного слона в течение года нужна растительность с площади около 5 км2. При кормежке слоны часто валят деревья, чтобы добраться до верхних веток, нередко сдирают со стволов кору. Однако в прошлом стада слонов совершали миграции, размах которых достигал многих сотен километров, и растительность, поврежденная слонами, успевала восстановиться. Сейчас, когда подвижность слонов резко ограничена, они вынуждены кормиться — по слоновьим масштабам — «на пятачке». Так, в Цаво на каждого слона приходится всего около 1 км2. А в Национальном парке Куин-Элиза-бет на 1 квадратную милю (2,59 км2) приходится в среднем 7 слонов, 40 бегемотов, 10 буйволов и 8 водяных козлов. При такой нагрузке животные начинают голодать, и кое-где приходится прибегать к искусственной подкормке (в качестве дополнительного пайка слоны получают апельсины!). Многие национальные парки обнесены изгородью из проволоки, по которой пропущен слабый ток, иначе слоны могут уничтожить окрестные плантации. Сейчас при въезде в некоторые национальные парки (например, Мерчисон-Фолс) прежде всего поражает вид деревьев: обломанные ветви, ободранная кора, часть деревьев просто повалена или засохла на корню. А там, где лесная растительность деградирует, быстро развиваются густые заросли колючего кустарника либо злаковые степи, совершенно непригодные для лесных животных, да и для самих слонов. Все это диктует необходимость сокращения численности слонов. Поэтому в последние годы начат плановый отстрел слонов и в национальных парках. В парках Восточной Африки (главным образом в Амбоссели, Цаво и Мерчисон-Фолс) в 1966 г. было отстреляно 5000 слонов, а в 2000 г. около 10000. Вероятно, это только начало, так как проблема еще не решена. Численность слонов сокращают, также уничтожая искусственные водоемы, в свое время специально устроенные в засушливых районах некоторых национальных парков. Предполагается, что слоны, лишившись водопоя, уйдут за границы парка, где их будут добывать по платным лицензиям. Но нужно заметить, что слоны отлично знают границы охраняемой территории и при малейшей тревоге устремляются за спасительную линию. Перешагнув ее, они останавливаются и с любопытством глядят на неудачливого преследователя. Вместе с тем проблема воды для слонов имеет решающее значение. Они нуждаются в ежедневном водопое, и в засушливое время даже роют бивнями в руслах пересохших рек ямы, куда собирается вода. Этими водопоями пользуются не только слоны, но и многие другие животные, включая буйволов и носорогов.