9870 St Vincent Place, Glasgow, DC 45 Fr 45.

+1 800 559 6580

Бернгард Гржимек. Животные рядом с нами

Фото

Бернгард Гржимек. Животные рядом с нами

Читать книгу сначала: Животные рядом с нами

ЗНАКОМЬТЕСЬ — ЛИСА

Бытует множество историй о животных, которые не становятся правдивее от того, что их постоянно пересказывают и переписывают. К ним относятся рассказы о кладбищах, будто бы создаваемых африканскими слонами; птичьих судилищах, на которых разгневанные аисты якобы заклевывают до смерти неверную аистиху; Фотоо некоем столь злопамятном слоне, что он растоптал своего обидчика спустя двадцать лет после того, как тот неосмотрительно уколол иголкой его хобот; о кроликах, спаривающихся с крысами; о самцах обезъян, похищающих женщин. Всего удивительнее, пожалуй, то, что в том или ином виде эти россказни уходят корнями в глубокую древность, и у Геродота, Аристотеля и Плиния уже можно найти упоминание о них.

В одной из охотничьих газет некто рассказал об удивительном купании лисы, которое он якобы наблюдал. Рыжая плутовка вырвала клочок мха из кочки, и, держа его в пасти, пятясь, не спеша погрузилась в воду таким образом, что из воды торчал лишь кончик ее носа. Затем, отбросив мох с собравшимися на нем блохами, она весело выпрыгнула и убежала.

История эта мне сразу же показалась сомнительной, так как в лисьем меху и под водой остается достаточно воздуха. Пузырьки воздуха долго окутывают и туловище блохи, поэтому трудно поверить, что лиса могла так легко избавиться от своих мучителей. И что же? Через несколько номеров в газете появилось опровержение. Оказывается, эта история была почти дословным изложением детской сказки, помещенной в одном из старых школьных учебников середины прошлого века.

В переводе одной прекрасно иллюстрированной рукописной латинской книги о животных, датируемой двенадцатым веком, я недавно нашел описание того, как лиса притворяется мертвой, чтобы затем схватить ворон, собравшихся на «тризну». Еще больше изумился я, когда владелица зверофермы, находящейся в окрестностях Франкфурта, рассказала мне, что некоторые из ее лис неоднократно ловили ворон точно таким же способом. Иную сцену длительное время и почти ежедневно наблюдал профессор О. Кёлер, самый, пожалуй, педантичный из наших зоологов. Когда перед крупной овчаркой ставили миску с едой, вороны, в ожидании этого уже сидевшие на ближайших деревьях, образовывали позади собаки полукруг и начинали все ближе подкрадываться к ней. Наконец одна из птиц наскакивала на собаку, норовя клюнуть ее в хвост, та в ярости оборачивалась, пытаясь поймать птицу, в это время остальные дружно накидывались на еду.

Ежегодно в ФРГ отстреливается триста пятьдесят тысяч лисиц, а выручка от продажи их шкур составляет семь миллионов марок. И все же мы знаем очень мало об этом самом крупном хищнике в оскудевшей природе нашей страны.

Мой коллега доктор Альфред Зайтц, долгие годы успешно руководящий нюрнбергским зоопарком, первым из нас взял на себя труд ознакомиться с повадками лис. С этой целью он, что называется с пеленок, вырастил у себя дома, как обычно и делают зоопсихологи, нескольких лисят. Среди его питомцев самой милой была рыжая лисица Пусси. Когда он приходил домой, на ее мордочке появлялось приветственное выражение: она закрывала глаза и откидывала назад уши. Это примерно то же самое, что и крепкое рукопожатие, сопровождающееся дружеской улыбкой.

Когда Пусси исполнился 51 день, доктор Зайтц впервые свел ее с кроликом. Пусси стала преследовать его по всем правилам, норовя схватить сбоку за горло. Казалось бы, что лисенку вовсе не нужно учиться у матери приемам охоты, но тут крольчиха повернулась и забарабанила передними лапками по голове рыжего разбойника. В результате на несколько недель у Пусси пропал всякий интерес к новым охотничьим подвигам.

Дрессировать львов и тигров берутся многие, но я знаю лишь одного человека, который увлекался дрессировкой лис. Это Йозеф Големан. Вечно потеющий толстяк, потерявший в 1905 году во время землетрясения в Сан-Франциско все свое состояние и вынужденный стать военным музыкантом. Как-то раз командир предложил ему собаку с перебитой ногой. Големан вылечил ее. С тех пор ему стали приносить всех больных собак. Однажды к нему попала раненая лисица, и ему удалось приручить ее. Позднее он создал прославивший его цирковой номер с лисами, которые даже боксировали друг с другом, и нажил себе новое состояние. Человек, рассказывавший мне эту историю, между прочим заметил: «Это веселая, но не учитывающая природных свойств лисы дрессировка. Боксирование не свойственно лисам от природы, как, например, кенгуру».

Но доктор Зайтц, к своему удивлению, узнал, что «боксирование» вовсе не столь чуждо лисам, как это казалось. Играя меж собой, две лисы часто садятся напротив друг друга, словно служа, поднимают передние лапы и, тявкая, упирают их в плечи друг другу, а затем поднимаются на задних лапах, словно борцы или боксеры. Так ими непроизвольно разыгрывается весьма веселое зрелище.

Ручные лисы очень похожи на воспитанных в доме собак. Пока молоды, они стремятся быть рядом с человеком невзирая ни на что: если не удается вскарабкаться на колени, то можно улечься хотя бы на ноги. Стоит вам заснуть на кушетке, как, проснувшись, вы наверняка обнаружите лису, свернувшуюся клубочком между вашей головой и плечом. Если держать лис дома, а не в клетке, то они легко приучаются соблюдать чистоту. Репутацию нечистоплотного животного лиса приобрела по нашей же вине: тесные клетки, где обычно держат этих животных, конечно, в конце концов пропитываются запахом кала и мочи. На самом деле лиса так же чистоплотна, как и кошка, а ее шерсть пахнет намного приятнее, чем собачья. Большой любитель животных Бастиан Шмидт, теперь, к сожалению, уже покойный, дал однажды своей лисе Каро кусок пирога. Каро был сыт и по привычке, свойственной лисам и собакам, решил зарыть его. Но как это сделать на деревянном полу? Каро нашел замечательный выход. К удивлению хозяина, он взял с письменного стола листок бумаги и накрыл им свое «сокровище». Позднее и совершенно случайно профессор узнал, что его воспитанник «музыкален».

«Вот уже несколько лет, как у Каро вошло в привычку вздремнуть после обеда на моих коленях. После того как я сажусь в мягкое кабинетное кресло, он ложится мне на грудь и, по обычаю маленьких детей, собак и кошек перед тем как уснуть, глубоко вздыхает. За вздохом следует, как я наблюдал главным образом у собак, стонущее ворчание. Однажды я повторил этот звук: Каро стремительно и удивленно повернулся ко мне. Тогда я еще раз воспроизвел лисье ворчание, и Каро повторил его в той же тональности. После этой воистину славной переклички я попробовал произнести ту же «музыкальную фразу», но в другой тональности. И пошло. Начинал то он, то я. Уже через час он воспроизводил всю октаву первоначального основного тона, хотя и не сразу брал верную ноту. Он гудел, а гудение, на мой взгляд, единственно верное название звука, издаваемого лисой, то на полтона выше, то на полтона ниже. Впрочем, некоторое время он упражнялся в одиночку, пока не получалось правильно. На следующий день «музыкальные занятия» повторились. Сначала все шло хорошо, только теперь у Каро появилась склонность превышать октаву на кварту и стремление отвечать мне не основным тоном, а октавой; если же я воспроизводил октаву, то он отвечал основным тоном. Однажды я воспроизвел целую гамму в стакатто, и, представьте, он ответил».

Столь явная музыкальность Каро, биологическое значение которой мне не ясно, тем не менее произвела на меня огромное впечатление. И я порадовался тому, что известный ученый, психолог из мюнхенского университета, непосредственно наблюдал это удивительное явление. «Во многих животных кроются способности, о которых мы даже не подозреваем и которые неожиданно обнаруживаются благодаря такой вот случайности».

Лисы, растущие вместе с собаками, становятся их большими друзьями. Конечно, собаки с лисами связаны не такими тесными узами, как, например, с волками, являющимися их основными предками. Волки и собаки легко скрещиваются между собой.

Напротив от лисы и собаки никогда еще не удавалось получить общего потомства. Однако при совместном воспитании и лисы, и собаки проявляют явный интерес к животным другого пола. Но не только это говорит о некотором родстве обоих хищников. Один охотник дал с целью эксперимента своим какое-то время голодавшим собакам лисье мясо, но ни одна из них не притронулась к нему. И впоследствии стоило подмешать к их корму хотя бы кусочек лисьего мяса, как пища становилась для них несъедобной. Рыжие кумушки выражают свою покорность и смирение так же, как и собаки; чувствуя себя виноватыми, они опускают голову, прижимают уши и поджимают хвост, а иногда и ползают чуть не на брюхе. Иными словами, собаки и лисы, вероятно, обоюдно понимают этот язык жестов.

Пусси, воспитанная Альфредом Зайтцем, позднее сочеталась браком с нашим платиновым лисом и произвела на свет очаровательных лисят кремового и желто-белого цвета. Этот платиновый лис долго жил у нас. Сразу же после окончания войны мы вывезли его контрабандой из тогдашней французской оккупационной зоны в маленьком ящичке под сиденьем битком набитого купе. Подобные истории можно было бы рассказывать почти о всех животных, которых мы после окончания войны привозили в совершенно разрушенный зоопарк. Самая первая из платиновых лис случайно появилась на свет в тридцатых годах на одной норвежской ферме, специализировавшейся на разведении чернобурок. Зверовод вначале намеревался выбраковать ее из-за порока в окрасе, но, к счастью, отказался от этого. Необычный оттенок шкурки произвел фурор, и уже первое поколение потомства этой лисы принесло по 15 000 крон за каждую голову; позднее цена возросла до 30 000. Норвежцы, намереваясь сохранить монополию на платиновых лис, строжайше запретили их вывоз, но, как это бывает в подобных случаях, таможню сумели обойти. Чернобурых лисиц спаривали с платиновыми и беспрепятственно, на вполне законном основании вывозили их потомство: ведь никому не приходило в голову, что в их черном меху уже подрастают волосы цвета платины.

Благодаря зверофермам ежегодный выход шкур в Норвегии возрос с 2 000 до 135 000 штук. Звероводам удалось даже добиться, чтобы в каждом помете оказывалось до двенадцати детенышей. Фермы США ежегодно поставляют свыше одного миллиона шкур чернобурых лис.

Чем реже встречается пушной зверь, тем выше поднимается цена за его мех в пушной торговле. А это побуждает охотников-промысловиков забираться в самые глухие места и терпеливо выслеживать животных, сулящих им большие прибыли. Но как только в продажу поступает большое количество мехов со звероферм, цены падают, и большие усилия, затрачиваемые на добычу диких животных, перестают окупаться. В результате их численность начинает понемногу расти. Некоторые виды диких животных, например соболь, норка, нутрия, избежали истребления лишь благодаря тому, что их стали разводить на фермах.

Наш изворотливый и пронырливый Рейнеке прекрасно видит и слышит, как, впрочем, и другие лисы. Ручная лиса прекращает есть из рук своего хозяина, если в окне соседнего дома, расположенного на расстоянии двадцати метров, покажется чье-нибудь лицо. Если вы, сжав губы и втянув сквозь сомкнутые зубы воздух, изобразите «мышиный писк», лиса услышит его за 100—150 метров. Этим часто пользуются охотники, так как осторожный зверь, привлеченный знакомым звуком, сам как бы «идет в руки», стараясь подкрасться к его источнику. Ни один человек не смог бы уловить столь слабый звук на таком большом расстоянии. Лисы же умудряются различать и оттенки такого писка, отчего далеко не каждому имитатору удается обмануть животное. Мыши — основная добыча лис, хотя они не прочь при случае полакомиться не только зайчатами и куропатками, но и курами и даже гусями. Правда, гусь для лисы добыча не совсем по зубам. Каких трудов стоит ей просто оттащить эту тяжелую птицу; одни из них, повернув голову, тащат его сбоку от себя; другие волочат неудобное лакомство между лапами, то и дело наступая на крылья или туловище гуся и падая. Когда же в лесу поспевает черника, лисы в основном переходят на вегетарианскую пищу. Их помет в это время окрашивается почти в черный цвет.

Если бы не охотники, то лисам был бы у нас рай земной — ведь мы постарались истребить всех их естественных врагов, и прежде всего беркутов и орланов-белохвостов. О том, как страдали лисы от нападений пернатых хищников, говорит, например, такой факт: в гнезде одного орла как-то нашли пятнадцать лисьих черепов.

Многие лисы, как и их сородичи собаки, терпеть не могут кошек. Некоторые же из них стремятся очистить охотничий участок, нападая на каждую бродячую кошку. Бросаясь сверху на кошку, дугой изогнувшую спину, они норовят схватить ее за загривок. С другой стороны, подобно другим хищникам, лисы заботятся о том, чтобы в их доме царил мир. Нередко в норах, которые чуть не семьдесят лет подряд занимают многие поколения лис, с лисьими семьями вполне уживаются дикие и одичавшие кошки, барсуки, а также кролики. Рейнеке Лис сохраняет преданность своему дому и родным местам. Однажды с целью эксперимента половину всего лисьего помета данной местности отметили номерами. Позднее 50% их были добыты в радиусе пяти километров от оконтуренной территории, треть — в радиусе двадцати километров, а самое большое расстояние составило семьдесят километров.

Как и многие другие дикие животные, лисы предпочитают прокладывать постоянные тропы в местах своего передвижения. Часто такие дорожки встречаются в хлебах, кустарнике или на болоте. По ним удобнее бегать на водопой или за дичью, а при необходимости и спасаться от врагов. Особенно заметны такие тропы на снегу у опушки леса. Охотники знают, что лисьей тропой, проложенной по молодому льду или через топь, можно идти без опаски: «Держит лису — выдержит и охотника». На этих же тропах чаще всего находят лисы и свою гибель — так на одной из них за шесть лет застрелили 23 лисы.

Есть у лисы удивительный орган, служащий ей своеобразной «визитной карточкой». А между тем далеко не каждый даже из охотников знает о нем. Он находится под кожей на верхней стороне хвоста в трех пальцах от его корня. Местонахождение железы, а это именно железа, обозначается треугольником волнистой черноватой шерсти. Это так называемая виола, то есть «фиалка». В одной очень старой книге, вышедшей еще в 1603 году, утверждается, что секрет этой железы благоухает, подобно «мартовской фиалке». Отсюда и название. Опытные звероводы утверждают, что они могут по оттенкам запаха секрета определить, какая лиса обитает в вольере — рыжая или чернобурая. Как-то я даже слышал рассказ, что раненая лиса, стремясь унять боль, покусывает свою виолу.

Лисы — превосходные прыгуны. Известен случай, когда пойманная лиса спрыгнула с балкона, находящегося на десятиметровой высоте, не причинив себе серьезных увечий. А в базельском зоопарке другая лиса перемахнула стену вольеры высотой 2,8 метра, а затем снова вернулась в свое жилище. Лис находили даже на ветвях деревьев, крона которых располагалась на высоте десяти метров от земли.

Весной часто приносят лисят с просьбой оставить их в зоопарке. Размещать их трудно, и вот в базельском зоопарке надумали держать их в просторном вольере вместе с обезьянами. Сначала все шло прекрасно. Животные ладили друг с другом, играли; со временем лисы стали прямо-таки членами обезьяньей стаи. Но вот однажды нескольких обезьян неожиданно парализовало. При вскрытии выяснилось, что в их спинном мозгу закапсулировались финны лисьих ленточных цепней. Лис пришлось немедленно отселить.

Как люди ни преследуют лис, желая отнять у них рыжие шубки, все же бывают ситуации, когда умница лиса-патрикеевна прекрасно понимает, что на сей раз ей встретился человек, не желающий зла. Именно такой случай рассказал мне мой знакомый — господин Ганс Буб. Однажды во время начинавшегося прилива он заметил лису, замешкавшуюся в ваттах. Когда уровень воды заметно поднялся, лиса, спохватившись, поплыла к сваям, вбитым в илистый грунт, чтобы попытаться спастись на них. Перерезав лисе дорогу, господин Буб приблизился к ней и, увязая по бедра, пошел рядом с ней. Он даже погладил ее по спине, что, казалось, лису совсем не обеспокоило. Лишь когда он слегка потянул ее за кончик хвоста назад, животное обернулось и несколько раз тявкнуло. Добравшись наконец до свай, она присела на них и стала отдыхать. Господин Буб примостился рядом с ней. Оба очень устали, в особенности лиса. Отдых затягивался, а так как шел конец ноября, то господин Буб начал основательно промерзать. Лиса же, по-видимому, намеревалась посидеть еще. Тогда господин Буб слегка хлопнул свою соседку по заду, и та, с явной неохотой войдя в воду, не спеша поплыла к берегу...

Такое доводится увидеть лишь счастливцам, да и то лишь в редчайших случаях и при условии, что они любят странствовать в одиночестве по самым глухим уголкам обширной земли.

Читать книгу дальше: ДУМАЮЩИЕ И СЧИТАЮЩИЕ? ГОЛУБИ И ГАЛКИ

РАЗДЕЛЫ
САЙТА

Индекс цитирования