9870 St Vincent Place, Glasgow, DC 45 Fr 45.

+1 800 559 6580

Бернгард Гржимек. Животные рядом с нами

Фото

Бернгард Гржимек. Животные рядом с нами

Читать книгу сначала: Животные рядом с нами

ЖИВОТНЫЕ И АВИАЦИЯ

Если женишься в двадцать лет, то, когда перевалит за сорок, не приходится возить детскую коляску. Сыновья — уже взрослые мужчины, вместе с которыми можно предпринять что-либо дельное. Мой младший сын Михаэль любил животных так же, как и я. С 16 лет он был моим спутником почти во всех путешествиях за пределы Европы. И чаще всего мы были в буше только вдвоем. Правда, склонность, перепачкавшись маслом и покрывшись коркой грязи, копаться в хитросплетении «внутренностей» потерпевших аварию автомобилей и в конце концов исправлять их, он определенно унаследовал не от меня. Несколько лет назад ему все-таки удалось приохотить меня к автомобилизму, и, более того, мне, человеку уже немолодому, пришлось держать экзамен на пилота. Во время одной из последних экспедиций по Африке Михаэль пристрастился летать на авиетке. К слову сказать, и я тоже.

Поршневые пассажирские самолеты чаще всего летают над облаками, на высоте 3000 метров, со скоростью 500 или более километров в час. Авиетка же гораздо тихоходнее, а высота полетов составляет обычно семьсот, пятьсот, а то и меньше метров. Это нас вполне устраивало, потому что с таких высот видны и антилопы, и шакалы. Чтобы Михаэлю было удобнее фотографировать, мы вынули в нашей авиетке все стекла. Правда, мы были наказаны за такое прегрешение тем, что встречный поток воздуха со страшной силой стал хлестать нам в рот и нос, а это даже под экватором грозит серьезной простудой: ведь на высоте и там становится весьма холодно.

Летать в Африке гораздо дешевле, чем ездить на машине, да и перемещаешься, разумеется, значительно быстрее. Часа не пройдет, как на самолете пролетишь над всей той местностью, по которой на машине пропетляешь целый день по серпантину пыльных или грязных горных дорог. Одного мы только порой не знали, как приземлиться.

Однажды мы растерянно кружили над степным лагерем зверолова Кэрру Хэртли, живущего в центре области May-May (Кения), и ему пришлось специально проехать на машине по заросшей травой взлетной полосе, чтобы мы наконец смогли обнаружить узкую, длинную дорожку, по-видимому, пригодную для посадки. «Ну это я мигом исправлю»,— виновато сказал Хэртли. Родившись в Кении полвека назад, он еще ни разу не выезжал за пределы Африки, но именует себя шотландцем. И исправил, попросив какого-то негра пройтись по ней бороной. После этого посадочная полоса и вправду стала с воздуха заметнее, но стала производить впечатление вспаханного под пар поля. И все же мы снова взлетели.

Когда над Африкой только начинали летать первые пассажирские самолеты, пилоты нередко забавлялись тем, что, почти пикируя, снижались над стадами антилоп или слонов и, наведя на них ужас, разгоняли животных. Никого при этом не беспокоило, сколько их в паническом бегстве попадало в топи или оказывалось в местах обитания других стад, где вспыхивали ожесточенные схватки, часто приводившие зверей к гибели. Поэтому в настоящее время минимальная высота полета повсюду должна составлять от 600 до 700 метров и не только в Африке, но также над лесами Европы и Северной Америки.

Правда, там, где животные почему-либо привыкают к самолетам, они перестают обращать внимание на этих с шумом пролетающих птиц. Вот какой случай произошел на небольшом частном летном поле, принадлежащем одному из фермеров и находящемся поблизости от национального парка имени Крюгера. Однажды на это поле приземлился маленький спортивный самолет. Когда пилот собрался подрулить самолет к ангару, а было это средь бела дня, он вдруг увидел, что прямо к машине направляется львица с тремя львятами. По-видимому, ее очень заинтересовал этот новый «зверь». К счастью, мотор самолета еще работал, и пилот снова взмыл в воздух. Заложив вираж, он снизился над львицей, но она и ухом не повела. Когда он во второй раз, теперь уже совсем низко пролетел над ней, она рыкнула и ударила лапой по самолету, явно вызывая его на бой. Пилот вместе со своим самолетом оказался бессильным перед львиным семейством. Львица удалилась лишь после того, как к летному полю подъехал грузовик с местными жителями, громко обсуждавшими происшествие.

Этому фермеру, его звали Кэмпбэлл, пришлось построить особо прочный ангар, недоступный для львов. Дело в том, что хищникам явно доставлял удовольствие звук разрываемой когтями самолетной обшивки. Не менее забавлял их и грохот лопающихся покрышек. Его самолет, простоявший однажды ночью на поле, утром выглядел так, словно его исполосовали перочинными ножами школьники. Не только львы, но и гиены приняли участие в «разувании» его шасси, изодрав в клочья покрышки.

До какой степени животные привыкают к самолетам, видно, например, по поведению антилоп гну и зебр в заповеднике «Умфолоцци» и в округе Блухлуве, где муху це-це — распространителя сонной болезни — уничтожают, распыляя с самолетов инсектициды. Несмотря на то, что прямо над верхушками деревьев с ревом проносятся чуть ли не эскадрильи самолетов, эти очень возбудимые животные почти не поднимают головы.

Вообще теперь самолеты часто используют для оказания помощи животным. В США, в штате Вашингтон, крупные стада вапити — гигантских благородных оленей, обитающих в Америке,— в суровые зимы постоянно вторгались во фруктовые сады и на поля. Разъяренные фермеры вознамерились наконец истребить всех до единого оленей. Тогда управление заповедников обратилось за помощью к авиаторам. Используя вертолеты, низко зависавшие над стадами, удалось отогнать голодных животных в леса, где их подкармливали. Постепенно такая необыкновенная «пастьба» оленей с вертолетов вошла в традицию и осуществляется каждую суровую зиму.

В 1951 году в США, в штате Айдахо, с помощью самолетов провели операцию по расселению бобров. Их отлавливали на сельскохозяйственных угодьях, где маленькие строители плотин, создавая искусственные водоемы, затапливали луга и поля. Затем пойманных зверьков попарно рассадили в маленькие клетки и сбросили с парашютами с высоты 150—300 метров над безлюдными горными местностями. Клетки были устроены так, что от удара о землю открывались. По сообщениям прессы, при выброске не погиб ни один из бобров, а было их 960. Некоторые из них ушли от места приземления более чем на 30 километров и даже перевалили горные хребты, прежде чем обрели новые понравившиеся им места обитания. После успешного завершения этого воздушного переселения трапперов обязывают на каждые девять шкурок, снятых с добытых ими бобров, поймать и сдать одного живого бобра. К ушам «летающих бобров» прикрепляются метки с номерами, так что позднее, когда их поймают или убьют, можно будет определить их возраст и пути миграции. Даже форели теперь научились летать. В последние годы в Калифорнии с самолетов заселяют все больше высокогорных озер. В 1950 году в горные водоемы, расположенные на высотах от 1500 до 3600 метров над уровнем моря, сбросили 1 685 000 мальков форелей. Над каждым озером, а их несколько сотен, сбрасывают от 2000—3000 до 10 000 тысяч мальков. Их «высевают» на высоте 100—250 метров. Пролетев вначале по дуге примерно 60 метров, они затем пикируют вниз, с шумом плюхаясь в воду на площади в 700 квадратных метров. Несмотря на то что самолетам со столь деликатным грузом зачастую приходится перелетать через горные цепи высотой свыше 4000 метров, стоимость доставки мальков с их помощью составляет всего одну пятую часть средств, которые приходится затрачивать на перевозку их вьючными лошадьми. В штате Нью-Йорк мальков речных форелей расселяли, используя даже миниатюрный цеппелин.

В Гузбее, на полуострове Лабрадор, на базе ВВС США в настоящее время готовят собак-парашютистов, натренированных на спасение летчиков, совершивших вынужденную посадку. Сани, собаки и снаряжение выбрасываются отдельно. Вожатые собак утверждают, что прыгают они весьма охотно и, несомненно, предпочтут приземление в снег сидению в неустойчивом самолете.

По недосмотру несколько лет назад во время авиационной катастрофы, случившейся поблизости от Рима, в Европу проник новый для нее вид животных. Машина филиппинской авиакомпании разбилась вблизи аэропорта; погибло 17 пассажиров, а багаж превратился в кучу хлама. Неудивительно поэтому, что среди него затерялась посылка с куколками бабочек, предназначавшихся штуттгартскому ботаническому саду «Вильгельмина». Событие это постепенно забылось. Каково же поэтому было изумление римских энтомологов, когда в следующем году им принесли разноцветных гигантских бабочек, размах крыльев у которых составлял 25 сантиметров. Это были атласские шелкопряды из Юго-Восточной Азии. 50 куколок, находившихся в картонной коробке, в отличие от людей уцелели во время катастрофы.

Сборники рассказов для молодежи прежде изобиловали совершенно фантастическими приключениями, связанными с нападением птиц на людей и самолеты. Но я не верю в то, что птицы и в самом деле могут нападать [Известны многочисленные достоверные факты нападения птиц на самолеты.— Прим. ред.]. И все-же столкновения с ними опасны, так как при бешеных скоростях современных самолетов тело птицы уподобляется снаряду. Лишь совсем недавно на границе Кении и Эфиопии, столкнувшись с коршуном, разбился аэроплан. В задачу экипажа другого пострадавшего самолета входило наблюдение за последствиями чумы, свирепствовавшей среди принадлежащих кафрам буйволиных стад. Пилот, который только что уклонился от опасного соседства со стаей хищных птиц, круживших над падалью, неожиданно столкнулся с грифом-стервятником. Пришлось совершить вынужденную посадку. На земле обнаружилось, что самолет сильно поврежден и летчику с наблюдателем ничего не оставалось, как совершить 45-километровый марш-бросок по труднопроходимой глухой местности до ближайшей деревни.

Осенью 1953 года в газетах ФРГ под крупным заголовком было помещено эффектное сообщение: «Столкновение с тучами аистов. Самолет терпит катастрофу. Завещание написано в воздухе». Согласно ему, большой четырехмоторный самолет, принадлежащий одной из индийских авиакомпаний, с 44 пасажирами на борту и код командованием первого пилота Дадима Телума, попал, находясь на высоте 1500 метров в районе острова Касос и мыса Сидерос у северо-восточной оконечности Крита, в стаю, насчитывавшую от 12 до 15 тысяч аистов, летевшую ему навстречу. Перемолов винтами множество птиц, все четыре двигателя заглохли. В этой трагической ситуации пилоту, как сообщает пресса, удалось установить радиосвязь с аэропортом Ираклион, расположенным на Крите. Среди пассажиров тем временем разыгрались волнующие сцены. Четыре крупных индийских промышленника попросили передать по радио завещание. Совершая вынужденную посадку в двух километрах от аэродрома, самолет сильно ударился. Хотя он и загорелся, все пассажиры остались живы.

Это сообщение, столь точно указывающее место и время, заинтересовало орнитологов. Они установили, что статья распространена информационным бюро «Канцлит». По их просьбе посольство ФРГ, наведя во всех аэропортах и греческих авиакомпаниях подробные справки, сообщило, что об упомянутой авиакатастрофе вообще ничего не известно и что за последние годы вблизи аэропорта Ираклион не было произведено ни одной вынужденной посадки. Выяснилось также, что ни одна из индийских авиакомпаний не потеряла в этот период времени ни одного самолета. Итак, при ближайшем рассмотрении эти 12 тысяч аистов оказались всего лишь газетными утками.

Однако, животные подчас представляют серьезную опасность при посадке самолета. Несколько лет назад над ньюфаундлендским аэродромом Гандер пассажирскому самолету пришлось кружить больше часа, дожидаясь разрешения на посадку. Позднее пассажиры узнали, что весь этот час служащие аэродрома пытались изгнать с посадочных полос большую семью медведей, которые вовсе не собирались оттуда уходить. Кончилось тем, что пришлось застрелить из автомата двух мишек: только после этого остальные медведи снова убрались в лес. Подобные же случайности подстерегают и гидропланы, совершающие посадку на некоторые из центральноафриканских озер, где много бегемотов.

В последнее время в США пути миграции голубей и чаек изучают, используя тихоходные самолеты. При таком методе лучше всего вести наблюдения, если стаи голубей состоят из светлых и темных птиц. Дело в том, что темно окрашенные голуби почти не видны на фоне леса, а голуби светлой окраски — над пшеничными полями и водоемами. Хуже всего их видно над городами, которые кажутся сверху множеством разноцветных пятен. Голуби летают со скоростью примерно 70 км/ч, и самолет ничуть не мешает им, хотя ему все время приходится кружить над птицами. Во время наблюдений выяснилось, что голуби не огибают горы, хотя и могут сделать это, дав крюк всего в несколько сот метров, а пролетают над их вершинами. Зато открытых пространств, если вблизи находится лес, они обычно избегают, вероятно из-за страха перед соколами и ястребами. Чайкам, прежде чем взять курс на родину, приходится описывать большие спирали. Зато голуби, и особенно обученные «почтари», без долгих поисков берут верное направление.

Фон Занден, один из наших лучших наблюдателей, во время африканских экспедиций заметил, что самолеты, кружащие над озером, непонятно почему привлекают особое внимание хищных птиц. Со всех сторон к нему слетались скопы, орланы-белохвосты, болотные луни, канюки и коршуны. Порой рядом с ним кружилось лишь две-три птицы, но частенько их собиралось гораздо больше. Вероятно, с их точки зрения, самолет, эта огромная «хищная птица», парящая без единого взмаха крыльев на такой высоте, должна указывать на наличие мощных восходящих потоков воздуха, которыми пользуются все пернатые для спуска и подъема на неподвижно распростертых крыльях. Даже реактивные истребители, с грохотом проносившиеся над озером, мало беспокоили птиц. Когда один из них со скоростью 150 км/ч пролетал на высоте 30 метров, к нему присоединился чеглок и, держась под самолетом, без особого труда пролетел около 500 метров. Пожалуй, лишь ощущение собственной силы побудило его к этому. Если бы птица хоть немного боялась самолета, она никогда бы не пустилась с ним наперегонки.

Пока люди не научились летать сами (на самолетах, разумеется), у них зачастую складывалось совершенно неправильное представление о полете птиц. В то время орнитологи утверждали, что перелетные птицы летят над островом Гельголанд на высоте несколько тысяч метров, что некоторые виды птиц достигают 3000 метров высоты и более, а грачи залетают даже выше 4000 метров. Может быть, так и случается, но птицы, которых видели с земли наблюдатели, летели не так высоко. В начале нашего века фон Луканус доказал, как легко ошибиться, рассчитывая высоту полета птиц. К детским воздушным шарикам он прикрепил чучела птиц в натуральную величину. Чучела грачей, поднявшиеся на шариках до 800 метров, казались с земли точками. На большей высоте их совсем не было видно. Ястребы-перепелятники были заметны лишь до высоты 640 метров, ястребы-ягнятники — до высоты 1500—2000 метров.

И все же птицы могут достигать довольно большой высоты. Зарегистрировано, что 150 вяхирей пролетели однажды на высоте 1700 метров со скоростью 64,8 км/ч. Скорость журавлей, которых видели на высоте 1200 метров, составила 54 км/ч. В другой раз было отмечено, что на высоте 1900 метров со скоростью 68,4 км/ч пролетало 400 грачей.

Никто не станет оспаривать, что мы превзошли птиц в искусстве полета. Уже давно мы поднимаемся выше самой смелой птицы. А ночью или в тумане мы ориентируемся еще лучше, чем они. И все же летать по-настоящему мы не можем. Когда я был ребенком, мне часто снилось, что я взмахиваю широко распростертыми руками, а затем медленно, метр за метром, поднимаюсь в воздух, зависаю над телеграфными проводами, оставив внизу крыши домов. В то время я чувствовал, как парю в воздухе и как меня несет ветер. Теперь же я твердо знаю, что, сколько ни летай пассажирскими самолетами над океанами и материками, это ни на шаг не приблизит к заветной мечте юности, мечте воспарить на широких крыльях, подобно орлу [Эта мечта вообще свойственна людям. И сейчас, с развитием дельтапланеризма, уже многие смогли приобщиться к орлиному полету.— Прим. ред.].

Читать книгу дальше: ЖИВОТНЫЕ СМОТРЯТ КИНО

РАЗДЕЛЫ
САЙТА

Индекс цитирования